Несколько слов в заключение

Чтобы закончить эту книгу, я хотел бы высказать некоторые соображения по поводу представленного в ней материала. Этот материал отражает один из основных аспектов моей работы как исследователя и координатора рабочих групп, но не охватывает все аспекты моей деятельности.

В течение двенадцати лет я работал одновременно с группами и в полевых условиях, используя новую форму антропологии, названную мною «анти-антропологией», которая открывает новые возможности в области психологии и психотерапии, черпая источник вдохновения в природе и в том, что я осмелюсь назвать «психологией тольтеков». Анти-антропология рассматривает людей как гораздо более целостные существа, чем те, о которых говорит современная наука.

Работа в группах послужила базой для применения результатов, полученных в антропологических исследованиях, и, в свою очередь, была одним из аспектов исследования. Таким образом, научная работа вне групп служила для совершенствования работы в группах, которая, при этом, вносила новые элементы и в научные исследования, и в работу в группах.

Термины, реалии и теория моих исследований слишком сложны, многочисленны и, кроме того, не соответствуют общепринятым, чтобы пытаться объяснить их в этой работе. Настоящая книга не о теории или методологии, а о конкретной практике. Она адресована не теоретикам или специалистам, но тем неугомонным людям, стремящимся исследовать новые возможности опыта, знаний и свободы до тех пределов, в которых они могут нести ответственность за личное экспериментирование, вместо того, чтобы остановиться на размышлениях, воображении и разговорах.

Основной предмет моих исследований и моей работы - человеческие существа и их ранее неизвестные возможности. Моя неугомонность как экспериментатора, в общем-то, не очень отличается от естественной неугомонности любого человека, который открыл для себя жизненно важные вопросы: «Кто мы? Из чего мы сотворены? Почему я несчастлив? Надо ли мне жить точно так же, как и все остальные? Могу ли я выбирать? Есть ли выход из этой ситуации? Существуют ли иные реальности?».

В этой встрече с «инаковостью» я открыл для себя, что иные пути есть и существует иной способ жизни. Мы действительно можем выбирать и создать для себя такой мир и такую жизнь, которые гармонируют со стремлениями нашего духа. Я не утверждаю, что это легко, - я утверждаю, что это возможно. Я могу утверждать, так как я доказал это сам себе. Истина заключается в том, что для достижения этого приходится избавляться от множества привычных концепций, которые нам навязало наше общество, и обрести ту часть себя, которую нас поощряют предать забвению. Как говорил дон Хуан, внутри каждого из нас есть скрытый маг, которого мы тайно стремимся обрести. Мы тоскуем по магии, тайне и свободе.

Любопытство - вот что привело меня к изучению антропологии; опыт общения с туземцами заставил меня обратиться к анти-антропологии с целью изменить себя, вместо того чтобы изменять их. От них я узнал, что в то время, как психология и психоанализ, основываясь на нашем западном образе жизни, очень ограниченно смотрят на человека, туземная космогония открывает те аспекты осознания, что лежат вне поля зрения современной науки. Опираясь на них, мы можем разработать новые формы терапии (иногда называемой этнотерапией), основанные на познаниях этих коренных народов Америки о человеческой природе.

Мой опыт общения с природой во множестве ее проявлений - особенно с горами, деревьями и морскими млекопитающими - позволил мне обнаружить, что сама природа является самым лучшим терапевтом и учителем.

Я обнаружил, что накопил множество материалов и значительный опыт, которые нашли выражение в повторяющихся результатах, получаемых при работе с группами. Я решил, что этот материал может стать вкладом в науки о человеке, - в частности, в антропологию, психологию и психотерапию. Неугомонные молодые люди, новаторы и специалисты в вышеприведенных областях, участвовали в нашей работе, чтобы обогатить свой опыт. Побуждения со стороны этих специалистов и уверенность, что результаты работы могут принести пользу другим, - так же, как работа других обогащает мою работу, - привели меня к выводу, что я должен написать о своих исследованиях.

Накопленная информация, факты и опыт - во многих отношениях чрезвычайно разнообразный - потребовали написать не одну, а несколько книг, охватывающих основные области моей работы.

Я решил, что первой опубликую книгу, связанную с работой Карлоса Кастанеды. Задача практического применения опыта, содержащегося в его книгах, вместе с моим опытом пребывания среди индейцев представляют собой один из центральных стержней моей работы. И я надеюсь установить хороший контакт с теми людьми, которые, хотя и ищут, тем не менее ничего не знают об этом опыте. Представленный здесь материал не включает все разработанные практики. Скорее речь идет об основах тех упражнений, которые можно практиковать без наставника и вне группы, только для поддержки «одинокого воина».

(с) Виктор Санчес